Ну никак не связывались вместе все эта гора трупов и этот вот, сидящий на полу, потеющий и мелко трясущий нижней губой мужик. Этот больше напоминал бомжа, чем убийцу.

Может, он не убивал? Или не он убивал? Может, его подставили? Или его участие в тех трупах объясняется случайностью? Дурным стечением обстоятельств...

Ну как может человек, у которого от одного вида направленного на него оружия ходуном ходят руки, быть профессионалом?! Никак не может!

«Но отпечатки пальцев на пистолетах, пули которых были извлечены из тел убитых? — осадил сам себя капитан. — И еще свидетели, которые видели „объект“ с этим оружием в руках?»

Нет. Доверяться внешнему виду разрабатываемого «объекта» не стоит. Нельзя верить в мешковатый вид и трясущиеся губы и руки, если не хочешь точно так же, как полтора десятка простаков до тебя, заполучить в грудь свинца.

Есть отпечатки пальцев. Есть пули, идеально подходящие рисунком нарезки к пистолетам. Есть свидетели. Которые, в отличие от слюней и соплей, подшиты к делу! Наконец, есть приказ!

А то, что он губой трясет, вполне возможно, доказывает не его непричастность к тем трупам, а, напротив, его профессионализм. Вернее сказать, суперпрофессионализм. Потому что редкий боец способен при виде опасности продолжать играть заданную роль. Подавляющее большинство, в том числе и он, Борец, давно бы схватились за оружие, а при его отсутствии за глотки своих врагов. А этот слюни на пол пускает.

Гад!

И думает, что ему это с рук сойдет!

Борец сдвинулся вперед, схватил сидящего перед ним человека за подбородок и притянул его лицо к себе.

— Как твое имя?

— Мое? Иван Иванович, — с поспешностью ответил Иван Иванович.

— Это я уже слышал. Но меня интересует, не как тебя зовут. Меня интересует, как тебя зовут по-настоящему!